Учебная книга по Русской истории, Сергей Михайлович Соловьев
ГЛАВА XXVIII
австрийская - Максимилиан а шведская - Сигизмунда, но Сигизмунд осилил противника и утвердился на польском престоле.
4. Война шведская. В Москве, однако, напрасно беспокоили! насчет опасности, которою грозило возведение на польский пр стол шведского королевича.
Русские в 1590 году начали войну с Швециею, которая была для них удачна: Ям, Иван-город и Копорье, отнятые шведами при Иоанне IV, теперь опять пер шли к русским, и поляки не помогли шведам. В конце 1592 года умер король шведский Иоанн; король польский Сигизмунд стал и королем шведским, но ненадолго:
он был ревностный католик, а шведы - протестанты; во время кратковременного пребывания своего в Швеции для коронования Сигизмунд возбудил против себя народ явною враждою к протестантизму, явным нарушен ем условий, данных государственным чинам пред коронацией.
Когда Сигизмунд возвратился в Польшу, правителем Швеции остался дядя его Карл, который успел приобресть любовь народную и готовился отнять шведский престол у племянника. В таких обстоятельствах и Сигизмунд и Карл - оба желали поскорее окончить войну с Москвою, вследствие чего в 1595 году заключ был вечный мир между Россиею и Швециею, по которому Россия получила Ям, Иван-город, Копорье и Корелу.
5. Сношения с Австриею и Англиею. Из других европейских государств Россия в царствование Феодора сносилась с Австриею, которая хлопотала о том, чтоб московский государь помог ей против турок, и Годунов в 1595 году отправил императору Рудольфу огромное количество разных мехов ценою на 45 000 рублей. Английская королева Елисавета хлопотала о торговых выгодах для своих подданных в России и потому величала Годунова своим кровным любительным приятелем. Одним из послов Елисаветы к Феодору был Флетчер, оставивший чрезвычайно любопытное описание Московского государства.
6. Отношение к Крыму, Турции, Персии и Грузии. И при Феодоре московское правительство должно было постоянно обращать внимание на юг, где из Крыма ежечасно ждали нападения разбойничьих шаек и где Турция не переставала грозить отнятием завоеваний Иоанна IV. Летом 1591 года крымский хан Казы-Гирей подошел к самой Москве, но здесь встретил сильное царское войско, после сшибок с которым, продолжавшихся целый день, ушел ночью назад в степь. Но за этот неудачный поход татары вознаградили себя внезапным нападением на рязанские, каширские и тульские земли в 1592 году: на этот раз вывели они так много пленных из России, что и старые люди не помнили подобной войны от поганых.
Война с Австриею отвлекла татар от московских украйн; она же мешала и султану турецкому обращать большое внимание на Москву, хотя он и не переставал враждебно смотреть на нее по причине жалоб ногайских владельцев на притеснения от Москвы, и особенно по причине донских казаков, которые беспрестанно приходили под Азов и на море громили турецкие корабли. Вражда, хотя и не открытая, с Турциею скрепила дружественную связь Москвы с Персиею, которой шах Аббас Великий также враждовал с Турциею. В это время границы московские сходились с персидскими вследствие подданства царю единоверного кахетинского князя Александра в 1586 году; из Москвы отправились в Кахетию монахи, священники, иконописцы, чтоб восстановить христианство среди народа, окруженного иноверцами; послано было и войско для защиты Александра, но оно потерпело сильную неудачу в битве с горцами.

1 2 [3] 4 5